Но есть финансовые документы, которые закон обязывает раскрывать, а из них пока что можно сделать вывод, что Фонд инноваций РС(Я) всё больше напоминает закрытый клуб с быстро разбухающим штатом управленцев.
Фонд развития инноваций РС(Я) появился в декабре 2018 года, учредили его АО «Венчурная компания «Якутия» и ГАУ «Технопарк «Якутия». Основное направление —поддержка IT-проектов на предпосевной стадии.
Ключевая фигура в исполнительной власти Фонда — директор Птицына Вера. Она же входит в Совет Фонда, который весь 2025-й возглавлял Ефимов Василий. В этом органе также значатся Ким Максим, Саввин Афанасий (который уехал в Москву), Алексеевская Анна.
Прямых бюджетных субсидий у Фонда нет — он живет исключительно на пожертвования и доходы от размещения средств, фактически это квазигосударственный механизм перекачки денег крупных корпораций в инновационную экосистему. И в 2025 году этот насос сработал рекордно: поступило 358,6 миллиона рублей, что на 110 миллионов, или 44 процента, больше, чем годом ранее. Главные жертвователи хорошо известны: ПАО «АК «АЛРОСА» в рамках трехлетнего договора, ООО «НМ» и ПАО «Сбербанк».
Общий баланс Фонда на 31 декабря 2025 года составил 630,7 миллиона рублей против 667,8 миллиона в 2024-м. Долгосрочные финансовые вложения практически застыли на отметке 400 миллионов рублей.
Дебиторская задолженность взлетела с 22,9 до 70 миллионов рублей, то есть в три раза.
В пояснениях сказано, что 30 миллионов из этой суммы — расходы будущих периодов на «разработку стратегии капитализации Республики Саха (Якутия)». Что именно скрывается за этой емкой формулировкой, остается только догадываться, но сумма явно немаленькая для условной «стратегии».
Теперь о главном — о расходах. За год Фонд использовал 393,7 миллиона рублей, что почти на 60 процентов больше, чем в 2024-м. Структура расходов похожа на воронку: больше всего ушло на целевые мероприятия — 291,3 миллиона (против 211,9 миллиона годом ранее). Внутри этой суммы произошла тектоническая смена приоритетов: социальная и благотворительная помощь взлетела в 6,9 раза — с 20,9 до 143,8 миллиона рублей. Что конкретно финансировалось, пояснения не раскрывают, но масштаб резко изменился.
Расходы на проведение конференций, совещаний, семинаров сократились с 191 до 143,5 миллиона. Что это за мероприятия, не раскрывается.
Параллельно с этим аппарат управления пережил настоящий взрыв, расходы на его содержание выросли в 3,8 раза — с 17,3 до 65,2 миллиона рублей. Почти 54 миллиона из этой суммы ушло на оплату труда, включая экспертов по гражданско-правовым договорам, тогда как в 2024-м эта статья составляла лишь 11,3 миллиона. Рост в 4,8 раза. Прочие управленческие траты подскочили с 3,4 до 7,5 миллиона.
За всем этим стоит резкое увеличение штата: среднегодовая численность персонала выросла с 8 до 30 человек, а на конец года в Фонде числилось 44 человека, из которых лишь 20 работали по основному месту, 11 были внешними совместителями и 13 — экспертами по договорам ГПХ.
Если разделить общий фонд оплаты труда со взносами (53,9 миллиона) на 30 среднегодовых сотрудников, получится примерно 1,8 миллиона рублей в год на человека, то есть около 150 тысяч в месяц. Но это «средняя температура по больнице»: ключевой управленческий персонал получил 3,164 миллиона на несколько человек, так что разница в доходах между топами и рядовыми специалистами может быть ощутимой.
За кадром основной отчетности остается еще один интересный факт: у Фонда есть как минимум семь дочерних обществ — ООО «РЕРАД», «ОШЕР», «БЛ», «СОФТВЭЙ++», «СЕВЕРНЫЕ СКАЗКИ» и другие, все они занимаются разработкой программного обеспечения. Однако ни в отчете о целевом использовании, ни в балансе нет ни слова о дивидендах от этих «дочек». Похоже, они пока только потребляют инвестиции, не генерируя прибыли.
Из открытых источников известно, что в 2025 году поддерживались проекты вроде Frozen Pets, киноленты «Мои таежные каникулы», стартапы DokiLex, Smena, продолжалась программа импортозамещения ПО с АЛРОСА. Но оценить реальный экономический эффект для Республики невозможно — ни одной цифры о созданных рабочих местах, налогах «дочек» или возврате инвестиций.
Руководство Фонда заявляет о непрерывности деятельности, планирует и дальше опираться на подписанные договоры пожертвований с АЛРОСА, Сбербанком и НМ.
Но управленческий «жирок» нарастает быстрее, чем реальная отдача от инноваций, за год штат раздут в 3,7 раза, расходы на аппарат утроились, целевой капитал просел, а прозрачности — кот наплакал.
Хотелось бы, чтобы Фонд раскрыл, что именно кроется за 143 миллионами благотворительной помощи, 143 млн на конференции и мероприятия, 30 млн на таинственную «стратегию капитализации» и 35 млн прочих расходов, а также понять, есть ли экономический эффект и какой от Фонда, учитывая, что он существует уже 8 лет.
