15.09.2026 10:04
Как ИП из Нижнего Куранаха дошёл до торговли сотнями тысяч тонн топлива.
История Александра Попова интересна хотя бы масштабом, формально — индивидуальный предприниматель, по факту — топливный бизнес с нефтебазами, резервуарами, железнодорожной инфраструктурой и оборотами топлива, которые для обычного ИП звучат несколько непривычно.
Попов зарегистрировался ИП 31 января 2007 года в Алданском районе. Основной бизнес — оптовая торговля бензином и дизтопливом. В реестрах за ним подтверждаются лицензии на эксплуатацию взрывопожароопасных производственных объектов и на погрузку-разгрузку опасных грузов на железной дороге.
Инфраструктура соответствовала размаху: в Алдане — 19 резервуаров ГСМ, насосные, наливная эстакада, резервуарный парк на 3 тыс. кубометров, мастерские, в Нижнем Куранахе — контейнерная АЗС. По данным ИАС Seldon, Попов выиграл 166 госконтрактов примерно на 606 млн рублей, но закупки дают лишь небольшое представление о реальном масштабе бизнеса.
Гораздо нагляднее цифры, которые позже появились в налоговом деле. За 2018–2020 годы Попов реализовал 399,1 тыс. тонн дизельного топлива, хотя приобрёл 208,8 тыс. тонн. Разница — более 190 тыс. тонн. Именно происхождение этого дополнительного топлива стало главным вопросом налоговой.
29 июня 2021 года УФНС начала выездную проверку, установив: предприниматель приобретал дизтопливо, газойль, дистилляты газового конденсата, керосин и другие нефтепродукты, смешивал их и получал дополнительный объём готового дизельного топлива. А поскольку смешение в данном случае юридически считается производством подакцизного товара, с полученного продукта надо было платить акциз.
Сам Попов утверждал, что в 2018–2019 годах такого производства вообще не было. Однако налоговая нашла сведения в изъятой базе 1С, отчёты производства, документы поставщиков и покупателей и допросила работников. Один из свидетелей рассказал, что смешение велось по непосредственным указаниям ИП: операторам сообщали пропорции и объёмы компонентов. Суд также обратил внимание, что Попов во время проверки отрицал сам факт смешения и не представлял документы, а среди сотрудников распространялся алгоритм действий на случай появления налоговиков — чтобы первичные документы до проверяющих не добрались.
Суд установил расхождения между паспортами качества, которые получали покупатели, и фактическими характеристиками топлива: не совпадали в том числе даты выпуска партий и заводы-изготовители. Апелляция расценила это как попытку выдавать самостоятельно полученное после смешения топливо за продукцию поставщиков.
А пока проверка шла, произошло ещё кое-что. 30 августа 2021 года Попов подарил своей дочери 10 земельных участков и 13 объектов недвижимости общей кадастровой стоимостью более 76 млн рублей. Среди подарков были как раз резервуары ГСМ, насосные, эстакада, мастерские и АЗС. А уже 17 сентября, меньше чем через три недели, почти всё это имущество дочь передала отцу обратно — бесплатно пользоваться в его же предпринимательской деятельности.
В 2025 году суд признал дарение мнимым: собственник на бумаге поменялся, но Попов продолжал пользоваться имуществом как раньше.
4 июля 2023 года УФНС предъявила Попову по результатам проверки 1,95 млрд рублей налогов, ещё 7,46 млн штрафов и пени. В первой инстанции предприниматель сначала добился крупной победы: суд отменил значительную часть начислений. Но 11 ноября 2024 года апелляция это решение развернула и полностью отказала Попову. В феврале 2025-го кассация согласилась с апелляцией, а 27 марта Верховный суд России отказался передавать жалобу на новое рассмотрение.
На этом налоговая история могла бы закончиться взысканием денег и имущества, но она только переходила в следующий жанр.
После проигранного налогового спора история Александра Попова довольно быстро перестала помещаться в одном арбитраже. 13 марта 2025 года ФНС потребовала признать его банкротом. Заявление первоначально подали в Иркутской области — к этому времени предприниматель был зарегистрирован в Иркутске. Через четыре дня, 17 марта, Попов сам подал заявление о собственном банкротстве. Два дела объединили, а весной 2026 года передали обратно в Якутию.
К августу 2026 года налоговая уточнила свои требования до 2,38 млрд рублей: 1,27 млрд основного налогового долга, 1,109 млрд пеней и ещё 6,3 млн штрафов. Следующее рассмотрение дела о банкротстве назначено на 2 ноября.
Но ещё раньше к налоговой и банкротной части добавилась уголовная. 24 ноября 2025 года Следственный комитет возбудил в отношении ИП дело по ч. 2 ст. 199.2 УК РФ — о сокрытии денег и имущества, за счёт которых должны взыскиваться налоги. На следующий день появилось второе дело — о мошенничестве в особо крупном размере. 26 ноября их соединили.
По версии следствия с декабря 2024-го по октябрь 2025 года Попов, зная о налоговой недоимке примерно в 1,37 млрд рублей, якобы стал направлять доходы через счета аффилированного лица — своего родного брата, перезаключать договоры и переводить топливный бизнес на другие структуры. Общую сумму такого переведённого бизнеса следствие оценивает в 5,905 млрд рублей. Отдельно расследуется эпизод 2019 года: по версии следствия, через уточнённую налоговую декларацию из бюджета были излишне получены ещё 23,8 млн рублей. Общий заявленный ущерб — 1,39 млрд рублей.
И здесь появляется екатеринбургское ООО «Миллтрейд». Следствие считает, что после налоговых проблем Попов фактически продолжил торговать нефтепродуктами уже через эту компанию. Формально её единственный владелец и директор — Александр Милютин.
Масштаб у «Миллтрейда» тоже примечательный: компания создана в апреле 2023 года, а уже за 2025-й показала 9,83 млрд рублей выручки и 125,3 млн чистой прибыли при среднесписочной численности всего один человек.
Одним из доказательств связи Попова с этой компаний стал телефон бывшего работника предпринимателя. В феврале 2026 года у него изъяли Honor, а переписку следствие истолковало как подтверждение контроля Попова над «Миллтрейдом». Защита отвечает, что участников чатов нормально не идентифицировали, переписку трактовали произвольно, а директор «Миллтрейда» заявил, что с Поповым не знаком и компания покупала топливо самостоятельно на бирже.
Весной 2026 года дело дошло уже до топлива. Суд арестовал принадлежащие «Миллтрейду» более 3,3 тыс. тонн бензина и различных сортов дизтоплива, находившихся в том числе на нефтебазе в Нижнем Бестяхе. По одному из судебных актов ограничения установлены в пределах 340,4 млн рублей; сама защита оценивала объём арестованного имущества компании более чем в 512 млн рублей. Верховный суд Якутии летом оставил арест в силе.
В итоге путь довольно показательный: ИП, зарегистрированный в Алданском районе в 2007 году, за полтора десятилетия вырос в крупного регионального нефтетрейдера с собственной топливной инфраструктурой и сотнями тысяч тонн реализации. Затем — налоговая проверка, почти двухмиллиардные начисления, попытка вывести недвижимость на дочь, банкротство с требованиями уже почти на 2,4 млрд и уголовное дело, в котором следствие говорит ещё о 5,9 млрд рублей переведённого бизнеса.
И всё это выросло из довольно прозаичного товара — дизельного топлива.
Попов зарегистрировался ИП 31 января 2007 года в Алданском районе. Основной бизнес — оптовая торговля бензином и дизтопливом. В реестрах за ним подтверждаются лицензии на эксплуатацию взрывопожароопасных производственных объектов и на погрузку-разгрузку опасных грузов на железной дороге.
Инфраструктура соответствовала размаху: в Алдане — 19 резервуаров ГСМ, насосные, наливная эстакада, резервуарный парк на 3 тыс. кубометров, мастерские, в Нижнем Куранахе — контейнерная АЗС. По данным ИАС Seldon, Попов выиграл 166 госконтрактов примерно на 606 млн рублей, но закупки дают лишь небольшое представление о реальном масштабе бизнеса.
Гораздо нагляднее цифры, которые позже появились в налоговом деле. За 2018–2020 годы Попов реализовал 399,1 тыс. тонн дизельного топлива, хотя приобрёл 208,8 тыс. тонн. Разница — более 190 тыс. тонн. Именно происхождение этого дополнительного топлива стало главным вопросом налоговой.
29 июня 2021 года УФНС начала выездную проверку, установив: предприниматель приобретал дизтопливо, газойль, дистилляты газового конденсата, керосин и другие нефтепродукты, смешивал их и получал дополнительный объём готового дизельного топлива. А поскольку смешение в данном случае юридически считается производством подакцизного товара, с полученного продукта надо было платить акциз.
Сам Попов утверждал, что в 2018–2019 годах такого производства вообще не было. Однако налоговая нашла сведения в изъятой базе 1С, отчёты производства, документы поставщиков и покупателей и допросила работников. Один из свидетелей рассказал, что смешение велось по непосредственным указаниям ИП: операторам сообщали пропорции и объёмы компонентов. Суд также обратил внимание, что Попов во время проверки отрицал сам факт смешения и не представлял документы, а среди сотрудников распространялся алгоритм действий на случай появления налоговиков — чтобы первичные документы до проверяющих не добрались.
Суд установил расхождения между паспортами качества, которые получали покупатели, и фактическими характеристиками топлива: не совпадали в том числе даты выпуска партий и заводы-изготовители. Апелляция расценила это как попытку выдавать самостоятельно полученное после смешения топливо за продукцию поставщиков.
А пока проверка шла, произошло ещё кое-что. 30 августа 2021 года Попов подарил своей дочери 10 земельных участков и 13 объектов недвижимости общей кадастровой стоимостью более 76 млн рублей. Среди подарков были как раз резервуары ГСМ, насосные, эстакада, мастерские и АЗС. А уже 17 сентября, меньше чем через три недели, почти всё это имущество дочь передала отцу обратно — бесплатно пользоваться в его же предпринимательской деятельности.
В 2025 году суд признал дарение мнимым: собственник на бумаге поменялся, но Попов продолжал пользоваться имуществом как раньше.
4 июля 2023 года УФНС предъявила Попову по результатам проверки 1,95 млрд рублей налогов, ещё 7,46 млн штрафов и пени. В первой инстанции предприниматель сначала добился крупной победы: суд отменил значительную часть начислений. Но 11 ноября 2024 года апелляция это решение развернула и полностью отказала Попову. В феврале 2025-го кассация согласилась с апелляцией, а 27 марта Верховный суд России отказался передавать жалобу на новое рассмотрение.
На этом налоговая история могла бы закончиться взысканием денег и имущества, но она только переходила в следующий жанр.
После проигранного налогового спора история Александра Попова довольно быстро перестала помещаться в одном арбитраже. 13 марта 2025 года ФНС потребовала признать его банкротом. Заявление первоначально подали в Иркутской области — к этому времени предприниматель был зарегистрирован в Иркутске. Через четыре дня, 17 марта, Попов сам подал заявление о собственном банкротстве. Два дела объединили, а весной 2026 года передали обратно в Якутию.
К августу 2026 года налоговая уточнила свои требования до 2,38 млрд рублей: 1,27 млрд основного налогового долга, 1,109 млрд пеней и ещё 6,3 млн штрафов. Следующее рассмотрение дела о банкротстве назначено на 2 ноября.
Но ещё раньше к налоговой и банкротной части добавилась уголовная. 24 ноября 2025 года Следственный комитет возбудил в отношении ИП дело по ч. 2 ст. 199.2 УК РФ — о сокрытии денег и имущества, за счёт которых должны взыскиваться налоги. На следующий день появилось второе дело — о мошенничестве в особо крупном размере. 26 ноября их соединили.
По версии следствия с декабря 2024-го по октябрь 2025 года Попов, зная о налоговой недоимке примерно в 1,37 млрд рублей, якобы стал направлять доходы через счета аффилированного лица — своего родного брата, перезаключать договоры и переводить топливный бизнес на другие структуры. Общую сумму такого переведённого бизнеса следствие оценивает в 5,905 млрд рублей. Отдельно расследуется эпизод 2019 года: по версии следствия, через уточнённую налоговую декларацию из бюджета были излишне получены ещё 23,8 млн рублей. Общий заявленный ущерб — 1,39 млрд рублей.
И здесь появляется екатеринбургское ООО «Миллтрейд». Следствие считает, что после налоговых проблем Попов фактически продолжил торговать нефтепродуктами уже через эту компанию. Формально её единственный владелец и директор — Александр Милютин.
Масштаб у «Миллтрейда» тоже примечательный: компания создана в апреле 2023 года, а уже за 2025-й показала 9,83 млрд рублей выручки и 125,3 млн чистой прибыли при среднесписочной численности всего один человек.
Одним из доказательств связи Попова с этой компаний стал телефон бывшего работника предпринимателя. В феврале 2026 года у него изъяли Honor, а переписку следствие истолковало как подтверждение контроля Попова над «Миллтрейдом». Защита отвечает, что участников чатов нормально не идентифицировали, переписку трактовали произвольно, а директор «Миллтрейда» заявил, что с Поповым не знаком и компания покупала топливо самостоятельно на бирже.
Весной 2026 года дело дошло уже до топлива. Суд арестовал принадлежащие «Миллтрейду» более 3,3 тыс. тонн бензина и различных сортов дизтоплива, находившихся в том числе на нефтебазе в Нижнем Бестяхе. По одному из судебных актов ограничения установлены в пределах 340,4 млн рублей; сама защита оценивала объём арестованного имущества компании более чем в 512 млн рублей. Верховный суд Якутии летом оставил арест в силе.
В итоге путь довольно показательный: ИП, зарегистрированный в Алданском районе в 2007 году, за полтора десятилетия вырос в крупного регионального нефтетрейдера с собственной топливной инфраструктурой и сотнями тысяч тонн реализации. Затем — налоговая проверка, почти двухмиллиардные начисления, попытка вывести недвижимость на дочь, банкротство с требованиями уже почти на 2,4 млрд и уголовное дело, в котором следствие говорит ещё о 5,9 млрд рублей переведённого бизнеса.
И всё это выросло из довольно прозаичного товара — дизельного топлива.
Автор:
Торбозное радио.
Реклама на сайте
